Даже по невиданному со времен войны движению на дорогах района можно было понять, как здесь взломалась жизнь. В одну сторону шли бензоцистерны, тракторы с прицепами, колонны автомашин с нашитыми на их борта досками, чтобы можно было побольше нагрузить зерна. В другую, вздымая тучи пыли, двигались стада коров и овец, конские табуны, телеги с перинами и узлами, со школьными партами и плетеными курятниками. Ехали и шли по дорогам и сбоку дорог пастухи и табунщики, женщины с детьми. Все здесь сдвинулось с места почти так же, как десять лет назад, когда и отступала к Волге, и вновь наступала от Волги армия, - люди и покидали издревле обжитые места, и возвращались на пепелища. Только не слышно было теперь рева самолетов над головой и свиста фугасок, не вздымались над дорогами фонтаны взрывов. Но так же трепетали коршуны в знойном небе.

Внизу, под нависающей над Доном кручей, рассеяны были по степи покрашенные охрой, синькой, киноварью дома еще не сселившихся на новые места, но уже все больше теснимых водой станиц и хуторов, полевых бригадных станов и ферм. Светлую траву займища отчеркнула изумрудная темень пойменного леса. Уже сокрушительно он поредел, все шире раздвигались среди деревьев бело-розовые поляны свежих пней. В сверкающей пыльной тьме докорчевывали их там бульдозеры и другие могучие машины, выкапывая с узлами корней, выволакивая на буксирных тросах туда, где предавали огню останки невывезенного леса.

Доносимые оттуда с ветром запахи займища были подкрашены горечью. Выше пламени и дыма над пепелищами колыхалась несметная стая птиц, никак не смиряющихся с тем, что им, еще не поставив птенцов на крыло, уже надо было собираться в отлет.

И еще дальше из окон райкома - вся стройка. Когда башенные краны, врезанные в белесое небо, сдвигали стрелы, они тоже становились похожими на гигантских птиц.

Калинин А. В. Запретная зона // Собрание сочинений : в 11 томах. т. 6 / Анатолий Калинин. Ростов-на-Дону, 2016. С. 94-95.

ещё цитаты автора

Идешь по черному от копоти и красному от крови снегу, вдыха­ешь душный, дымно-горький воздух, смотришь в глаза людей - и жалость смешивается с горечью, любовь - с ненавистью, радость - с глухой злобой. Еще больше любишь этот израненный город, его обагренные мостовые, вырубленные топором оккупантов парки. И радостно и больно видеть этих бледных людей с чахоточным румянцем на щеках, которые, как призраки, бредут по улицам, тащат санки с узлами, обступают красноармейцев, ощупывая их шинели...►

КАЛАШНИКОВ Виталий Анатольевич
КАЛМЫКОВ Владимир Григорьевич
 
12+