Снова, снова бугры полынные
Отступили в туманную грусть...
Ой да где ж вы, морозы старинные,
Чтобы снег под ногою - в хруст...►

Я в руки взял
Румяный хлеб донской.
Он был высокий,
Лакомый,
Пшеничный...►

Сползая улицей станичной
В развилок Дона и Донца,
На острие страды пшеничной
Трепещет запах чебреца...►

Приходит день, когда все вокруг и в тебе самом начинает трубить: в дорогу!..►

В условиях полузасушливой Донщины нельзя обойтись без пара — грозы сорняков, гарантии урожая...►

Мне, как и всем моим землякам, до боли дорог отчий казачий край. Под высоким донским небом и я учился первым шагам...►

Они шли к Ростову с разных сторон, и каждый спешил успеть раньше других. Одни спускались от Сталинграда вниз по течению Дона, через Цимлу и Константиновку...►

Твое ли это детство было
Кнутом обвито, как ужом,
Когда в лугах оно бродило,
Отцовским балуясь рожком...►

Цветок родимых мест,
Краса донских степей,
Неужто ты исчез
Из памяти моей...►

Стоял конец мая… Солнце уходило за волнистую линию курганов, молчаливыми стражами тянувшихся вдоль реки по окраине степи...►

Какие только эполеты
Твоих ворот, Новочеркасск,
Чины, герои и поэты
Не проезжали на Кавказ!..

Густо засеянное по фиолетовой пашне зелеными крупными звездами небо опрокинулось над табунным Задоньем. И, вероятно, нигде еще больше не могло быть такой оглушающей, полной тишины... ►

За окном, задымленной позёмкой,
Дремлет Дон, потрескивая льдом.
Он звучит пока ещё негромко,
Но уже накапливает гром...►

Идешь по черному от копоти и красному от крови снегу, вдыха­ешь душный, дымно-горький воздух, смотришь в глаза людей - и жалость смешивается с горечью, любовь - с ненавистью, радость - с глухой злобой. Еще больше любишь этот израненный город, его обагренные мостовые, вырубленные топором оккупантов парки. И радостно и больно видеть этих бледных людей с чахоточным румянцем на щеках, которые, как призраки, бредут по улицам, тащат санки с узлами, обступают красноармейцев, ощупывая их шинели...►

Навевающие уныние
На туриста случайного
И на гостя заезжего,
На столичного щеголя...►

От века в век, от века в век,
На вид приметливый не очень,
В степи известен тем кермек,
Что он цветет уже под осень...►

Все больше он узнавал степь. Вот и родник на склоне балки, из которого их тракторная бригада брала воду, а вокруг него ноздреватые глыбы желтого известняка. Мшистой зеленью уже сплошь затянулась каменная станина старого ветряка. Взглядывая вниз, на Дон, узнавал он и заливчик в камышах, куда с отцом поднимался вверх по Дону в лодке ставить невода...►

Иволга возилась в листве вербы у него над головой. Опять стали падать сверху чистые звонкие капли. Чакан вскочил с пня и пошел среди деревьев по острову, не разбирая дороги, слепо раздвигая руками ветки и обжигая ими лицо.

Перечеркнувшее наискось Дон солнце уже в красном перистом облаке спускалось за бугор...►

Тревога о настоящем и будущем природы, тревога о том, правильно ли мы к ней относимся, - становится всё острее. Эта тревога смыкается с нашими думами вообще о судьбах земли, о судьбах человечества, о судьбах мира. Я даже считаю, что защита мира начинается с борьбы за сохранение природы...►

Возвращаясь из Вешенской на Средний Дон, долго едешь по из­резанной балками и перевалами степи дорогой, раздвигающей сте­ну пшеницы, подсолнуха, кукурузы. Лето стоит буйное, сочное, яр­кое. Неслыханной силы бывают грозы, как будто артиллерийские огненные валы обкладывают ночное степное небо, беспрерывные молнии, сливаясь, освещают взлохмаченный ветром Дон...►

В Вёшки меня тянет всегда, еще с тех самых пор, когда, обожженный в тринадцатилетнем возрасте первой книгой «Тихого Дона», поехал я туда из города Миллерово, чтобы хоть посмотреть на тот дом, где было сотворено это чудо. Нет, не поехал, а поплыл по волнам вот такого же ячменно-пшеничного разлива на арбе, на которой возили тогда из Миллерова в Вёшки...►

Между тем, чем дальше от Ростова на север Донщины, тем все явственнее разбавляется распростертый над ее полями хлебный запах влагой. И крылья «Нив» и «Колосов», перегоняемых по шоссе из южных районов области в северодонскую глубинку, блестят под дождем...►

 Вот Таганрог, последний рубеж обороны гитлеровцев в донском Приазовье. Отступая из Ростова, они говорили жителям:

— Дойдем до Таганрога и — хальт. Подождем весна и — цурюк Ростов. Как прошлый год...►

А Ростов уже у них в тылу. Там, внизу, где к подошве города прижимается Дон, верховой ветер поднимает волну, и она прибивает к берегу обломки льда. Дон рано тронулся в этом году - уж не потому ли, что мины, снаряды, фугаски всю весну корежили и рвали его, кромсали ледяной панцирь? Облака, отраженные водой, тоже кажутся обломками льда...►

Дон всегда давал стране славных воинов, выдающихся полководцев. Сама история, природа выковывали сердце в презрении к смерти, готовности к подвигу во имя Родины. На берега Дона из разных уголков Российской империи бежали люди, не желавшие склонять головы перед ярмом самодержавия. Искали на степных просторах свободы от крепостничества, их влек сюда дух вольницы...►

Но казаки ждали дня, когда будет сформирован Донской корпус. И такой день наступил. По приказу Ставки Верховного Главнокомандования 20 ноября 1942 года был сформирован 5-й гвардейский Донской казачий кавалерийский корпус в составе 11-й и 12-й гвардейских Донских казачьих дивизий, 63-й кавдивизии и частей усиления...►

Как в старину станицы воевали сотнями, так и теперь донские казаки постепенно подбирались в эскадроны по землячеству. Сначала в каждом эскадроне собиралась пестрая публика - низовские вперемежку с верховскими, кривянцы с вешенцами, каменцы с богаевцами...►

Стоим на вершине кургана, под которым были похоронены 13 прусских солдат, пришедших в 1918 году на Дон и оставшихся здесь навсегда. С кургана хорошо видна уходящая на запад изрезанная балками и оврагами степь...►

В огнях костров, как призрак сумасшествия,
В метель покинутый, взывая и тоскуя,
Встает Ростов, захлестнутый нашествием
И черный викинг пьет струю донскую...►

Даже по невиданному со времен войны движению на дорогах района можно было понять, как здесь взломалась жизнь. В одну сторону шли бензоцистерны, тракторы с прицепами, колонны автомашин с нашитыми на их борта досками, чтобы можно было побольше нагрузить зерна...►

Вода обжимала станицу с трех сторон. Питаемый начавшимися на Украине дождями, Дон лишь процеживался сквозь четыре донных отверстия, открытых в плотине, а вся остальная масса воды, окружая Приваловскую, надвигалась на нее. Топила низменную степь, займище, приусадебные виноградные сады и те из левад и мелких лесочков, которые лесорубы так и не успели выкорчевать и сжечь в пойме... ►

Весной и летом над Доном часто бушевали грозы. С утра небо чистое, как вода в Дону, сквозь которую у берега можно пересчитать на его дне обросшие лохматой зеленью ракушки. Солнце такое, что на песчаную косу нельзя смотреть, - и вдруг сразу поднимается низовка, вздымает бугры волн и срывает с них пену, из-за горы надвигается мрачная туча и над самым хутором лопается, разрешаясь бурным ливнем...►

У каждого города, как и у каждого человека, есть сердце. Есть оно и у города, носящего волнующее имя Ростов-на-Дону. Но почему же волнующее?..►