А я вот счастливейший человек! У меня целых две Родины! Прекрасный, фантастически красивый город на берегу Невы и совершенно непохожий на него хутор на берегах маленькой речки, бегущей среди широкой степи и впадающей в Дон. И обе свои Родины я люблю одинаково сильно и в краткие дни отпуска на Дону скучаю по Питеру, а в Питере тоскую по Дону. И это моё счастье!
Правда, пришлось за него всё-таки платить.
В детстве были мучительны и даже опасны поездки переполненных поездах, в душных плацкартных вагонах, где нас всегда обворовывали; в полуразрушенный наш дом, с одичавшим и погибшим садом в обезлюдевшем и голодном хуторе.
Мучительно было и возвращение в Питер, где мальчишки смеялись надо мною и дразнились, потому что ещё месяца два, после возвращения, я продолжал говорить так, как говорят на Верхнем Дону «придёть — уйдёть, хлядить, йисть».
Но на Дону была роскошная степь, было огромное небо, рассветы, закаты, запахи трав, кони...
А в Питере — Эрмитаж, кино, галёрки театров, мороженое…
И везде — книги!
Так я и живу всю жизнь, словно у меня два сердца, две любви, две Родины! И нельзя сказать, какая прекрасней, как нельзя в человеке разделить кровь отца и матери.
И до сих пор, я с гордостью говорю, что я коренной петербужец, но ведь я ещё и степняк — донской казак — хоперец!
Какая немыслимая удача — какое счастье, двойною мерой отмерянное мне судьбой!
Алмазов Б. А. Родина // Старые да малые: рассказы и повесть / Борис Алмазов. Санкт-Петербург, 2010. С. 40.
