Ростовчане ласково именуют родной город «папа». Хотя многие не знают, откуда это пошло. Знают только, что Ростов – папа, а Одесса – мама. А семейство это возникло примерно в конце XIX века, когда Ростов и Одесса стали центрами блатного мира. Два крупных торговых города с портами на тёплом юге – чего ещё надо для босяцкого счастья? Правда, «беспачпортных» бродяг то и дело отлавливала полиция. Стандартная процедура допроса начиналась с выяснения личности задержанного, на которое уголовники стандартно отвечали «иван, родства не помню». Затем формулировка несколько изменилась: «Ростов – папа, Одесса – мама». С тех пор и повелось…
А ещё Ростов называли «русским Чикаго» – ведь Чикаго являлся одним из финансовых центров и крупнейшим транспортным узлом Северной Америки. Кроме того, наш город был построен по американскому типу «двух улиц» – широких авеню и пересекающих их стрит. Но уже к 1920-м годам сравнение получает дополнительную окраску. Чикаго в 1920 году приобрёл по всему миру дурную славу «гангстерской столицы»: здесь насчитывалось свыше тысячи различных банд, которые враждовали между собой. А Ростов гремел как столица криминальной России.
Наверное, это печально. Но для меня печальнее то, что папа наш с каждым годом молодеет, а мы – стареем. Парадокс. И чем старше становишься, тем острее это чувствуешь. Когда я гуляю по центру города, вспоминаю, каким был отче наш в прежние времена. Тротуары Большой Садовой, в прошлом улицы геноссе Энгельса, которую мы, зелёное поколение, именовали не иначе как «Брод» (по типу Бродвея), были раздолбаны донельзя, и мы пробирались по ним, словно по танковому полигону. Все здания обшарпаны и облуплены, а если когда-никогда какое-либо из них решались покрасить, то через несколько месяцев оно снова выглядело аки гроб повапленный. Сейчас впервые я могу восхищаться архитектурой родного города. Как же это замечательно, просто душа поёт.
А какая набережная! А новый стадион, а левый берег! Дон, правда, обмелел. Так ведь и люди обмелели. Многие из них одичали, как обезьяны. Гадят, швыряют пластиковые бутылки, бумагу, упаковки и прочее. Иногда очень хочется дать этим бабуинам в торец, а иначе они не понимают. Впору вводить старинный казачий обычай – сечь таких уродов на площади. С удовольствием поглядел бы. Но об этом, папа, мы поговорим как-нибудь позже. Да и стоит ли оно того?
Сидоров А. А. Папа, утоли мои печали // Наше время: газета Ростовской области. Ростов-на-Дону. 2022. 23 сент. С. 3.
