Весной, во время разлива Дона и Чира, вся ни­зина от Нижнечирской до Есауловской, верст на двадцать, заливалась водой. Холодные свинцовые воды соединялись с лиловым небом у горизонта, и весь разлив казался безбрежным морем.

За станицей, недалеко от Бобровой балки, высилась кирпичная тюрьма, обнесенная высокой ка­менной стеной. А чуть поодаль, там, где начина­лась степь, стоял курган Змеиный. Может быть, в отдаленные времена и водились тут змеи, но те­перь курган был любимым местом ребячьих игр и встреч молодых людей. А в весенние разливы Дона с вершины Змеиного кургана далеко просматрива­лась залитая водой низина и видны были Есауловские осиновые колки. Колки — это десятка три бес­порядочно разбросанных в есауловском займище старых осин,

Есауловская станица знала не только Емельяна Пугачева, она помнила и Степана Разина. Многие есауловские казаки считали, что Степан Разин был рожак их станицы. Никто этого доказать не мог, но легенда такая жила. По преданию, свято переходившему из поколения в поколение, Степан Ра­зин со своим отрядом по пути на Волгу останавли­вался в Есауловской, и его казаки привязывали своих коней, вбивая в землю осиновые колья. Тогда на этом месте стоял Есаулов городок. Место было низкое, заливное, городок был защищен от навод­нений и от врагов земляным укрепленным валом. Земля кругом родючая, влаги много, и разинские колья пошли в рост. За два столетия выросли те колья в огромные осины толщиной в несколько об­хватов взрослых рук. Но не забыли есауловцы разинские колки. Чтут, навещают и слушают, о чем шумят их высокие раскидистые кроны.

Ходил на Змеиный курган и ученик Нижнечир­ской прогимназии Василий Генералов. Впервые при­вел его сюда Иван Курчавин, бойкий мальчишка из Есауловской станицы. Отсюда, со Змеиного курга­на, они смотрели в безбрежную водную даль.

Гнутов В. П. От помилования отказался : повесть о Василии Генералове. Ростов-на-Дону, 1979. С. 22.

ещё цитаты автора
ГНЕСИН Михаил Фабианович
ГОЛОВАЧЕВ Владимир Григорьевич
 
12+